Образ коня в сказаниях и в современной жизни

Время публикации: 16:37

Во всех странах конь почитался как самое умное создание. Согласно верованиям древних славян, конь – символ добра и счастья; мудрость богов являлась людям через это животное. Культ коня связан с почитанием Солнца: славяне верили, что Даждь –бог (бог Солнца) ездит по небу на чудесной колеснице, запряженной четверкой златогривых коней с золотыми крыльями.

Лошадь – любимое животное у бурят, недаром воспета она ими в произведениях всех жанров народной поэзии…

Бурятские эпические сказания, вобравшие в себя мифологические картины, охватывают изображением просторы необъятные, безграничные – показывают дела не только героев-баторов на земле, но и действия тенгриев–небожителей.

Исполняя улигеры, сказители обстоятельно показывают и коня, и героя. Лошадь – это его чудесный друг и помощник, сильный и красивый, ему посвящаются многие поэтические строки произведения. В устной поэзии бурят в живой форме отражена их история. Без нее нет и самого народа.

В сказаниях лошадь выведена разумным существом, подсказывает, дает своим хозяевам советы, выручает в беде, потому что и собака и лошадь, «братья наши меньшие», — не просто чудесные помощники героев, но и представители самой природы, ее олицетворение. А природа — явление живое, неусыпное, мудрое.

«Хан Хурмас круглогодично исключительное внимание уделял своим коням, табунам, памятуя, что жеребеночек становится хулэгом – скакуном, а ребенок – батором. Табунщиков и коневодов он заставлял постоянно держать в нужной боевой и рабочей форме по исконно существующим правилам: зимой они водили коней по льду, летом — по каменистым тропам, чтобы придать копытам и крепость, и хорошую цепкость без подков на любом грунте; тренировали их и на низине, и в горах; поили и кормили только в меру. (Не плохо бы и сейчас нашим деревенским жителям научиться этому способу подготовки коней к зимним условиям жизни, так как кузнечное мастерство в последнее время ушло в прошлое, и мало кто в деревне может подковать лошадь). Так же он следил за тем, чтоб у коня была должная экипировка: шелк, серебро, хорошо выделанная крашеная кожа украшали седло, стремена, недоуздок, узду, подхвостник и нагрудник; металл обязательно должен был быть элементом чеканки», — читаю у Ардана Ангархаева в историческом романе «Небо и земля».

Народная педагогика учила любить домашних животных. И деревенский люд относился к ним с каким-то нежным чувством, заботливо, с душой, искренне считая их заслуживающими почтительного внимания и чуткости со стороны человека. Запрягая коня, он непременно гладил его рукой, обращался к точно понимающему человеческий язык и говорил: «Давай, друг, будем работать, мы ведь с тобой одинаковые труженики, трудимся изо всех сил».

Картина же седлания лошади дается сказителем теплыми душевными словами: герой кладет на ее спину мягкий потник «с каймой из шелка», затем «серебряное седло», «шлею нюлуи-серебра», подпругу с двадцатью язычками и так затягивает ее, что лошадь заметно изгибается. Седло укрепляется им надежно, по-людски, так что оно не должно скользить по спине коня ни при его спуске с горы, ни при подъеме на ее вершину. Больно смотреть, как сбруя некоторых деревенских подвод, выделяется неумелым обращением и скудностью своего хозяина. Такое отношение к почитаемому животному, по моему мнению, недопустимо. К счастью, есть в нашей деревне и те, кто сохранил умение самостоятельно готовить сбрую для своего друга и любимца. Это Кокорин Василий Дмитриевич, Инокеткин Олег , Хмелевский Игорь, Кокорин Владимир, Логинов Григорий, Кокорин И.В.

Батор молвит: «Хорошая красивая сбруя коню ведь подходит славно!» У Гэсэра «конь голубой молнии подобный, перескакивающий отлетающий искрою», «звездою мерцающей» и удаляется с седоком от дома.

Любой деревенский мальчишка хорошо ездил на лошади, а бурятский мальчуган ловко управлял ее на скачках, проводимых в улусе или уезде, — испытывая при этом какую-то особую страсть, радость, будто не на коне, а сам на крыльях летел.

Самый смелый наездник обучал молодых жеребцов по ночам, при лунном свете, когда они свою тень принимают за собрата, мчащегося во всю мочь, тренировал их для верховой езды, в рысистости. Теперь таких смельчаков в деревне не отыскать, но людей, которые могут обучить молодого жеребца, все же в деревне отыскать можно. Их не так много, как было в прежние времена, но без них деревне не прожить.

Спортивный праздник Сур-Харбан проводился в прежние времена регулярно в каждом совхозе. Многим хотелось проверить выносливость и быстроту своего коня. В конных скачках принимали участие не породистые лошади, а обычные рабочие кони. Мой дед Инокеткин Яков Дмитриевич знал толк в лошадях и умел готовить к скачкам только тех лошадей, которые бежали иноходью. В редких случаях он проигрывал состязания. Об этом говорят его многочисленные грамоты . Его сыновья Олег и Андрей также стали неплохими наездниками, но они принимали участие в конных скачках на племенных лошадях, которым требовалась постоянная подготовка.

Коновязь

В старину на южной стороне у каждой юрты была коновязь – березовый столб с коническим навершием, снизу окольцованное тремя углублениями-дорожками для того, чтобы привязать повод коня. Рядом между двумя столбами вставлена жердина – здесь привязывают коня женщины в отличие от мужчин, которые оставляют коня у сэргэ. (2. 99) Современная деревня Кокорино имеет смешанное население. Но обычаи бурят и русских очень тесно переплетаются. Таких столбов для привязи коней не осталось, но зато возле ворот имеются специальные приспособления для привязи коня, возле некоторых домов столбы линии электоропередач приспособили для коновязи.

Фото

Источник

ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Please enter your comment!
Please enter your name here